Голос Алешек. Часть 1. «Мужей хоронили на тачках»
«Меня скоро не будет. До Нового года не доживу», - сказал Дима жене, проснувшись ночью. Елена Голикова расплакалась и принялась успокаивать — его и себя: надо думать о хорошем, всё будет нормально.
10 декабря его не стало.
Сегодня в Алешки двинется гуманитарная колонна. Грузовики с продуктами и лекарствами, автобусы с журналистами — нашими, американскими, французскими, итальянскими, украинскими. Камеры будут снимать город без света и газа. А я хочу, чтобы прозвучали голоса тех, кто оттуда уже выбрался. В общей суете их легко не расслышать.
После подрыва Каховской ГЭС летом 2023-го, когда Днепр зашёл людям в дома, Дима устроился в городскую больницу. Следил за генераторами, чтобы в палатах не пропадали свет и вода. Каждый день видел, кого привозят, — женщин, детей, стариков. Елена не раз заводила разговор: может, уедем? Ответ был один:
— Лен, не могу их бросить. Это наша земля, тут у нас родители похоронены.
В тот декабрьский день он с товарищами ждал во дворе машину с топливом для генераторов. Во двор прилетела мина. Четверых кормильцев семьи так и не дождались.
Елена жила далеко. Когда муж не вернулся на вторые сутки, пошла в больницу пешком.
«Мир рухнул, честное слово», - едва сдерживает слезы женщина.
Хоронили на тачках. Тела завернули в ковры — идти на кладбище было опасно, могли ударить снова. Потом Елена три месяца пролежала в той же больнице. Однажды дрон попал в морг.
«У дронов этих есть камеры, то есть тот, кто бьёт, прекрасно видит куда... Зачем им понадобилось бомбить морг?» - недоумевает она.
Весной она выбралась. В пункте временного размещения под Геническом ей до сих пор снятся Алешки в огне. И тачка с ковром.
Там, в ПВР, Елена встретила Светлану Надееву. Беда у них одна на двоих.
С мужем Светлана прожила почти 30 лет: «Растили детей, ругались, мирились, но любили друг друга». Прошлой осенью дома кончилась еда, и он поехал за картошкой. Мина. Осколок — точно в глаз.
«У него сил хватило прийти домой».
Дошёл. Солдаты перевязывали как могли, но скорых в городе уже не было. Муж умер прямо на ступеньках.
Её девятиэтажку на четыре подъезда разбирали методично — «били, били». В последнюю ночь перед отъездом под балкон упали 15 мин. Горели посуда и ковры, летели рамы. Из дома Светлана уходила последней, вместе с 88-летним свёкром. Теперь там один фундамент.
А она хочет вернуться. Муж похоронен в Алешках, и уехать далеко от его могилы ей тяжело.
Продолжение следует...