На костылях. В бинтах ступня.
Прошил осколок у Каховки.
Глядит смешливо на меня,
Стишки читавшую в столовке.
Загар, похожий на броню.
Досадует на попаданье.
- А хочешь маме позвоню,
Когда вернусь в Москву с заданья?
У вас тут есть с роднею связь?
Скажу, жива ее пропажа.
А он ответствовал, смеясь:
- Не-не, она не знает даже.
Мы бережем.
Он бросил взгляд
На раскуроченную ногу.
Про это знает только брат.
И мы отправились в дорогу.
Я думала за часом час
Про дагестанского героя,
Который жизнь свою отдаст
Для материнского покоя.
Прощаясь, я ему: - Родной,
Ну, ты орел! А он с подскока:
- Ведь это же мой позывной...
Так он признал во мне пророка.
