Когда до меня дошли слухи, что есть некое предписание в РПЦ от самого патриарха - не брать священников, которые бежали с оккупированной Украины, то, признаться, была немало смущена.
Я стала искать подтверждение или опровержение слухам.
Ответ нашла в одной из епархий на наших освобождённых территориях.
Там мне разъяснили, что подобное предписание в принципе невозможно, однако есть, действительно, распоряжение, не брать священника, если нет подтверждения, то есть письма с предыдущего места службы, что священник там действительно служил.
Объяснили мне этот шаг, конечно же, мерами безопасности и резонно привели в пример некоего священника из Херсона, который был убеждённый укронацист и готовил масштабный теракт, пробравшись под видом капелана на нашу сторону.
Казалось бы, всё логично.
Но есть, как говорится , нюансы.
Если священник, который не хочет раскола, спасается в России, то каким образом те, кто с этим расколом согласны, должны к нему относиться?
Что-то мне подсказывает, что у многих, кто не готов к подвигу мучеников и исповедников, будет т. н. "комплекс предателя" и какие "сопроводительные письма" они напишут тем, кто спасается в России? ( Спойлер: не напишут никаких писем, выставив спасающегося в роли самозванца. )
Мы наблюдаем очередную кровавую серию украинского сериала под названием "Уния".
Сделать мало что можно, но уж принять тех, кто добежал до нас, кто спасается от раскола, мы обязаны. И пусть безопасностью занимаются профессионалы - ФСБ.
Приехавшие к нам отцы и клирики - это лучшая часть русского мира, его соль.
Ведь неизвестно, как бы мы себя здесь повели в этих же условиях, правда?
