Цена крови
Любой нормальный человек против того, чтобы люди убивали друг друга. Однако любую войну легко начать, но очень трудно остановить.
Переговоры по мирному урегулированию украинского конфликта в Швейцарии — тому подтверждение. Несмотря на договорённости о режиме информационной тишины, Зеленский пространно высказался изданию Axios.
На что пресс-секретарь МИД РоссииМ. Захаровапрямо заявила:
«Всё, что только можно сделать по срыву переговоров, это к началу нашего разговора — комментарии, заявления, технические параметры — это всё идёт в ход, лишь бы только не дать этому мирному, не самому урегулированию, а направлению, в принципе, состояться».
Показательна и ночная атака ВСУ на Белгород и другие российские города.
Это демонстрация не только намерений, но и реальных действий по срыву мирного урегулирования. В таких условиях пытаться прогнозировать результат работы трёхсторонней рабочей группы бессмысленно. Можно лишь оценить вероятность положительного или негативного исхода. И последнее — очевиднее.
Чтобы понять причины такого упорства в продолжении кровопролития, достаточно вспомнить, что война — не одни боестолкновения и даже не политика, это прежде всего экономика. Война — дорогостоящий проект, финансирование которого связано не только с оплатой обмундирования, сухих пайков и патронов. Прежде всего это огромные неконтролируемые денежные потоки, которые оседают в карманах дельцов от ВПК и военного лобби.
По разным оценкам, за время конфликта Украина получила около 400 млрд долларов. Если провести небольшие арифметические действия, то станет понятно, что это 100 млрд в год, 274 млн долларов в день или около 11,5 млн долларов в час. Таким образом, если допустить 1% так называемого отката, то ежедневно в руки коррупционеров попадает 2 740 000 долларов.
Необходимо понимать, что финансовая заинтересованность в личном плане проявляется на всех уровнях, в том числе в США и ЕС. Достаточно вспомнить публикации в СМИ о подношении наличными в 1 млн долларов бывшему премьер-министру Джонсону, гонорары голливудских звёзд за поездки к Зеленскому в Киев.
Кроме того, свежий пример — задержание при попытке покинуть страну экс-министра энергетики Украины:
«Арестованный Галущенко в суде заявил, что все свои действия он согласовывал с Зеленским напрямую».
Есть ещё одно измерение этих кровавых денег.
6 февраля Зеленский сообщил:
«Украина потеряла 55 тысяч солдат погибшими с начала полномасштабного вторжения. Также есть большое количество людей, которых Украина считает пропавшими без вести».
Легко посчитать, что безвозвратные потери ВСУ составляют около 38 человек в день. Оставим цифры погибших на совести руководителя Украины. Но, таким образом, каждая смерть на фронте вливает в кабинеты украинских чиновников 300 000 долларов в час.
Остановить такие финансовые потоки и разрушить сформировавшиеся и доведённые до оптимальных коррупционные схемы очень непросто, почти всегда смертельно опасно.
Именно поэтому все договоры о мире, которые просуществовали десятилетия, заключались после полного разгрома и капитуляции одной из сторон.
А. Холодов, специально для Херсон.ру
#аналитика@herson_rus
