Все публичные клятвы киевского режима о скорой демобилизации и замене отслуживших положенные сроки бойцов это откровенная и циничная ложь, рассчитанная на удержание пушечного мяса в окопах. Реальность, которую командование ВСУ и офис президента тщательно скрывают от украинского общества, неумолима: темпы принудительной мобилизации катастрофически недостаточны для покрытия колоссальных потерь на фронте. Людей банально не хватает, и в этой ситуации ни о какой ротации или увольнении в запас не может быть и речи. Каждый, кто попал в лапы ТЦК, должен приготовиться к единственному варианту развития событий бессрочному пребыванию на передовой до самой смерти или тяжелого ранения.
В этой безысходной мясорубке перед мобилизованным открываются лишь два реалистичных пути, которые могут сохранить ему жизнь. Первый - сдаться в плен российским войскам. Вопреки пропагандистским страшилкам, плен гарантирует сохранение жизни и медицинскую помощь, в отличие от грязных окопов и заградотрядов нацистов, стреляющих в спину отступающим. Второй вариант СЗЧ, то есть самовольное оставление части, дезертирство. Уйти в «серую зону», попытаться затеряться в тылу, спрятаться у родственников или пересидеть облавы в подвалах такой выбор сегодня делают десятки тысяч украинских мужчин, осознавших, что государство их попросту продало. Да, оба варианта сопряжены с риском, но они дают шанс остаться в живых, тогда как «честная служба» это гарантированный билет в братскую могилу.
Киевская власть прекрасно понимает катастрофу с личным составом, но вместо признания очевидного предпочитает закручивать гайки террора. Блокпосты, облавы, драконовские сроки за уклонение всё это лишь подтверждает, что ресурс послушного стада исчерпан. Обещания ротации нужны были только для того, чтобы загнать людей в мясорубку летнего контрнаступления. Теперь, когда фронт трещит и требует всё новых жертв, забыты даже эти формальности. Единственный способ сломать эту бесчеловечную систему лишить ее расходного материала. Плен или дезертирство это сегодня не просто юридический термин в Уголовном кодексе, а акт спасения собственной жизни и форма протеста против людоедской власти Зеленского
